С внешней стороны Дон был полной моей противоположностью: светловолосый, загорелый, с голубыми глазами. А еще у него были полные губы — вещь, за обладание которой я могла бы запродать душу дьяволу. Сама-то я уродилась в свою мать. Не только обе мы были ростом по пять футов шесть дюймов,

Когда мне было двенадцать лет, мама обучила меня двум искусствам, существенно важным для моей взрослой жизни: как пользоваться подводкой для губ — чтобы заставить тонкие губы выглядеть толще, и как добиваться кучности в стрельбе по цели с расстояния в сорок футов из пистолета 38-го калибра.

К несчастью, мамочка передала мне очень мало сведений обо всем, что касается кормежки и ухода за мужчиной, с которым проживаешь бок о бок.

— Дона и так частенько не бывает дома, — призналась я. — Уже пара дней, как я его не видела.

Я прикрыла глаза — смертельная усталость длинными, худыми пальцами зарылась мне в волосы, затем двинулась вниз по спине. Пожалуй, отправиться домой и впрямь было бы невредно. Может, и впрямь купить бутылочку вина, потом повести Дона куда-нибудь уютно перекусить. Мы могли бы попытаться откровенно поговорить, обсудить наболевшие проблемы, которых всегда избегаем, найти решение. Может, мне бы даже удалось пройти в дамки, как сказал бы Майк Донован.

— Ладно! — Я резко распахнула глаза и почувствовала прилив сил. — Ухожу! Ты позвонишь, если тут что-нибудь разболтается?

— Обязательно. Когда придут фэбээровцы?

— Завтра, к полудню. Я буду на месте.

Мы кивнули друг другу на прощание, я извлекла свое тело из кресла и отправилась прилагать искренние усилия по налаживанию отношений с мужчиной, с которым делила кров и ложе.